19 Февраля 2020

Чьим будет Байкал?

Идея о выделении озера в «федеральную территорию» имеет смысл, поскольку управление этим объектом ЮНЕСКО не эффективно. Но правильнее было бы не городить огород новых статусов, а разобраться с тем юридическим арсеналом, в том числе и природоохранным, что уже имеется.

Поделиться в социальных сетях

Чтоб два раза не переписывать

Мысль о недостаточно последовательной работе федеральных министерств и региональных властей по исполнению той части программы «Экология», которая касается охраны озера Байкал, звучала в последние два-три года так часто, что стала уже общим местом. В конце 2019 года казалось, что выход найден: правительственная комиссия по Байкалу получит более высокий статус, ее возглавит один из вице-премьеров, а информацию о проблемах и предложениях будут передавать не премьеру, а лично президенту. Но жизнь преподнесла сюрпризы, и речь не только о смене кабмина и уходе с поста потенциального руководителя новой правкомиссии, вице-премьера РФ Алексея Гордеева

Предложение президента Владимира Путина о внесении поправок в Конституцию РФ открыло в обществе новые силы, о существовании которых никто до сих пор и не догадывался. Одной из смелых и абсолютно неожиданных идей стало заявление о выделении Байкала и некоторых других территорий страны в новые административные единицы с особым статусом «федеральная территория». По словам сопредседателя рабочей группы по подготовке поправок в Конституцию, сенатора Андрея Клишаса, автором этого предложения является председатель Тульской областной думы Сергей Харитонов. Насколько можно понять из сообщений в СМИ, Харитонов говорил о выделении таким образом территорий, имеющих «стратегическое и военное значение», а конкретнее – «ЗАТО, особо охраняемые природные территории, Арктическая зона, озеро Байкал и Кавказские Минеральные Воды». 

Для тех, кому кажется, что само понятие «федеральной территории» является новацией, напомним: в России есть три города федерального значения – Москва, Санкт-Петербург и Севастополь (по статусу это субъекты РФ). Причины присвоения им особого статуса понятны, обсуждать их нет смысла. Есть с 2000 года и федеральные округа (всего их теперь восемь). Но Байкал, в силу своего значения, конечно, в этом списке выделяется. Одной из первых предложение Клишаса-Харитонова прокомментировала председатель Совета Федерации РФ Валентина Матвиенко: «У меня всегда болит душа за озеро Байкал с тем, чтобы сохранить это озеро для потомков, чтобы обеспечить решение всех экологических и иных задач. Байкал территориально относится к нескольким субъектам РФ, но я бы, например, создала специальную федеральную территорию по озеру Байкал, чтобы мы всем миром, что называется, сохранили и спасли это озеро».

Валентина Матвиенко: «У меня всегда болит душа за озеро Байкал с тем, чтобы сохранить это озеро для потомков».

За и против

Как ни странно, но чинопочитание и по умолчанию встроенное в подкорку чиновников одобрение любых инициатив федеральных органов власти у руководителей прибайкальских регионов на этот раз не сработало. Глава Бурятии Алексей Цыденов не стал дожидаться уточнения юридического статуса «федеральной территории» и усомнился в эффективности прямого федерального управления: «У нас есть пример – Тункинский нацпарк. Он федеральный сейчас, и очень много с этим проблем, там фактически парализована вся жизнедеятельность». 

Врио губернатора Иркутской области Игорь Кобзев и вовсе удивил жителей области и экологическую общественность, заявив: «Я считаю, что территория озера Байкал – это неотъемлемая часть прилегающих регионов. Посыл о сохранении озера всем миром неубедителен. Более 20 лет Байкал входит в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, есть федеральный закон об охране озера. Данные меры (по защите Байкала) считаю достаточными». К сожалению для врио, лишь недавно сменившего служебную форму МЧС России на строгий костюм губернатора, эти меры не считает достаточными Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура, которая выносит многочисленные представления органам исполнительной власти на муниципальном и региональном уровне. 

Политолог Эдуард Войтенко заявил, что Байкал безусловно нуждается в дополнительной защите. Но вот обеспечит ли это новый статус – сказать трудно, ведь никто сейчас не знает, что может быть записано в законе о таких территориях. «В настоящее время мы наблюдаем острую необходимость в действенных инструментах для разрешения конфликтов относительно управления озером между граничащими регионами, в пределах которых находится Байкал. Требуется внимание федерального центра к решению назревших проблем, таких как рекультивация промышненных токсичных отходов БЦБК, строительство очистных сооружений, финансирование научно-исследовательских программ по изучению и сохранению озера. Однако содействие федерального центра в управлении Байкалом не должно обернуться исключением голоса местных жителей из повестки», - считает Войтенко. 

Решительно ЗА создание федеральной территории на Байкале выступил лишь «главный защитник Байкала» стилист Сергей Зверев: «Местные чиновники и местные цари нарулили там такого, что в итоге настроили нелегальные курорты для туристов в местах, где этого делать нельзя – заповедные зоны».

Против инициативы выступили член СФ РФ от Иркутской области Сергей Брилка и председатель Общественной палаты РБ Баир Бальжиров. Брилка на сессии Законодательного собрания Иркутской области 19 февраля потребовал обсуждения идеи с жителями регионов. А Бальжиров высказался более конкретно: «На берегах Байкала, в Центральной экологической зоне, проживают более 100 тыс. человек, которые испытывают огромные трудности в связи с этими ограничениями по рыбной ловле, по использованию лесных ресурсов. Фактически люди поставлены перед выбором – остаться или уехать». 

Еще более жестко сформулировала свою оценку депутат Народного Хурала РБ Оксана Бухольцева: «Ограничений на сегодня воз и маленькая тележка, ведь мы живем аж в пяти правовых режимных зонах: водоохранной, рыбоохранной, центральной экологической, зоне наследия ЮНЕСКО и Байкальской природной территория. Хорошо, что пока еще хоть дышать местному населению разрешают». 

Промежуточную позицию заняли люди, имеющие к изучению и охране Байкала более близкое отношение. Замглавы Минприроды РФ Елена Панова заявила, что ее ведомство готово изучить инициативу, но если она будет означать только ужесточение статуса Байкала, то это не поможет: «Если эта территория просто ужесточает природоохранный режим, то он и сегодня максимальный». Осторожничает и руководитель Иркутского научного центра СО РАН академик Игорь Бычков: «Непонятно, как это будет реализовано. Если взять Центральную экологическую зону, там живут десятки тысяч людей, которые не могут быть изъяты из общеконституционного пространства и вдруг оказаться в каких-то резервациях. Можно говорить об ООПТ, где нет населения, а есть задачи по сохранению природы, животного мира. Здесь реализация этого предложения, наверное, возможна, но все равно вопрос очень сложный, так как выходит за все сегодняшние нормативно-правовые базы». 

Общественность в социальных сетях комментирует новости про Байкал с решительностью и размахом, обратным уровню информированности. При этом позиция жителей Иркутской области сводится к тому, что инициатива не пройдет (конспирологи при этом говорят, что иначе Кобзев бы не спорил столь открыто с Матвиенко), а жители РБ требуют отнять Байкал у Иркутской области и целиком отдать Бурятии. Иркутский орнитолог и экологический активист Виталий Рябцев готов согласиться с созданием федеральной территории, но высказывает опасение: «Конечно, следовало бы отогнать районных чиновников «от руля». Чтоб прекратить организованную ими распродажу берегов (и аннулировать тысячи земельных сделок по территориям вне населенных пунктов). Но не придут ли на смену им гораздо более «крутые» федеральные «продавцы» (застройщики)» Байкала? Вот в чем вопрос...».

Стилист Сергей Зверев - за федеральный статус Байкала:«Местные чиновники и местные цари нарулили там такого».

Равнодействующая всех сил 

Трудно прогнозировать, войдет ли предложение о создании «федеральных территорий» в итоговый комплект поправок в Конституцию РФ, ведь до сих пор нет ясности даже с порядком их принятия. Кобзев и Цыденов, каждый по своему, признают, что идея может быть и включена в перечень, потому что о проблемах Байкала в России знают многие, практически все граждане готовы внести свой вклад в его охрану, а интересы 100 тыс. местных жителей на этом фоне можно, мягко говоря, и проигнорировать. Голосов избирателей Иркутской области и РБ, даже если все они проголосуют единогласно против, не хватит для отклонения поправки, да и выделять ее в отдельный пункт никто точно не станет. 

Допустим, несмотря на все сомнения, поправку примут. Тогда потом начнется долгая работа над законом о территориях и прочими подзаконными актами. В отличие от голосования федерального масштаба, в этих процессах регионы смогут высказывать свои мнения. И вот тогда начнется традиционное перетягивание каната. Поскольку федеральные чиновники (судя по процитированному выше комментарию представителя Минприроды) не горят желанием создавать новые территории и брать на себя дополнительную ответственность, к работе подключат региональные власти и научные структуры. Не исключено и участие экологической общественности. 

«Единственная структура, которая проводит единую политику в сфере охраны природы, – это Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура, которая не подчиняется субъектам РФ», - отмечает руководитель программы по ООПТ «Гринпис России» Михаил Крейндлин. Но, продолжает эколог, прокуратура – орган надзорный, а Байкалу нужен орган управляющий: «Однозначно, что и правовое регулирование, и надзор, и управление этой территорией должно находиться на федеральном уровне».

Если до этого дойдет, то по сравнению с современным положением дел формально на Байкале изменится лишь одно – федеральное законодательство, которое и без того должно было действовать на всей территории Прибайкалья, станет не главной, а единственной системой нормативно-правовых актов хотя бы границах Центральной экологической зоны. 

Сегодня можно только гадать, как может называться орган управления этой территорией и в каких отношениях он будет находиться с региональными властями. Немаловажна и личность руководителя, что в условиях России – важный фактор успеха или неудачи. Выбор размещения «головы» органа между двумя регионами однозначно будет сопровождаться лоббистскими войнами региональных руководителей и новым витком скандальных дискуссий (и не только в социальных сетях). Стоит ли выпускать этого джина из бутылки? 

«Почему никому из бесчисленных творцов «природоохранных ограничений и запретов» не приходит в высокопоставленную голову простая мысль, что их нормотворчество должно еще и обеспечивать достойную жизнь граждан, из поколения в поколение живших и живущих на этой территории? Сразу замечу, что в реализацию предложения о переводе Байкальской территории в статус федеральной я не верю, но то, что нужно срочно менять механизмы обеспечения эколого-ориентированной деятельности на БПТ, всю систему управления, согласования и надзора – несомненно!», - считает бурятский общественник Александр Васильев.

«Единственная структура, которая проводит единую политику в сфере охраны природы, – это Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура, которая не подчиняется субъектам РФ».
Константин Зверев Независимый журналист
Если вам понравилась статья, поддержите проект