17 июля 2017

Как будут развиваться ВИЭ на Дальнем Востоке?

ДФО – единственный макрорегион в РФ, где возобновляемая энергетика строится без специальных мер господдержки, доказав свою востребованность и экономическую эффективность. Почему так случилось и как будут развиваться ВИЭ дальше, рассказывает автор книги «История гидроэнергетики России» Иван Слива.
Поделиться в социальных сетях
Аналитики Центра по эффективному использованию энергии (ЦЭНЭФ) в своем ежеквартальном бюллетене описали низкоуглеродные решения для изолированных регионов России. Надежное и качественное электроснабжение удаленных малонаселенных поселений, рассредоточенных по огромной территории РФ и отнесенных к районам Крайнего Севера, остается острой проблемой «в социальном, техническом и экономическом аспектах». Всего в стране – несколько тысяч децентрализованных систем энергоснабжения с высокими затратами на энергию, которые обслуживают более 11 млн человек. Только в прошлом году расходы бюджетов всех уровней на финансирование энергоснабжения регионов Крайнего Севера превысили 150 млрд рублей.

В ЦЭНЭФ считают, что за счет повышения энергоэффективности и развития возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в таких энергоузлах можно ежегодно экономить около 100 млрд рублей — прежде всего, на бюджетных субсидиях и расходах на оплату счетов за энергоснабжение госорганизаций. Так, объемы перекрестного субсидирования дизельной энергетики только в Республике Саха (Якутия) растут с каждым годом и к 2016 году достигли 6,8 млрд рублей. «Это значительная дополнительная ценовая нагрузка на промышленных потребителей», - отмечают в ЦЭНЭФ, подчеркивая, что все это снижает инвестиционную привлекательность регионов и не способствует их развитию.

Однако пока в районах Крайнего Севера используется менее 1% этого потенциала ВИЭ. Сдерживают развитие различные барьеры — отсутствие механизмов стимулирования строительства объектов ВИЭ в изолированных системах, общая неразвитость механизмов «зеленого» финансирования в стране, сложности с логистикой и качеством оборудования и т.д. В ЦЭНЭФ выделяют даже ментальный барьер: «В условиях экономики дефицита весь организационный и экономический ресурс администрации используется для ликвидации дефицита: обеспечение завоза топлива, введение и соблюдение графика отключений электроэнергии и т.д.».

С выводами ЦЭНЭФ трудно не согласится. В то же время нужно признать, что никаких открытий авторы исследования не сделали. Автор книги «История гидроэнергетики России» Иван Слива напоминает, что многие описанные ими проблемы и подходы к их решению уже так или иначе осознаны и опробованы на Дальнем Востоке, где изолированные энергоузлы - не экзотика, а главная особенность отрасли. ДФО давно стал единственным макрорегионом в РФ, где возобновляемая энергетика развивается без специальных мер господдержки, доказав свою востребованность и экономическую эффективность. Причем первые шаги в этой области были сделаны еще в 1990-х – начале 2000-х годов, в куда более сложных экономических условиях. Почему именно на Дальнем Востоке ВИЭ «зашли» столь хорошо и в каких направлениях такая энергетика будет развиваться дальше?
Всего в стране – несколько тысяч децентрализованных систем энергоснабжения с высокими затратами на энергию, которые обслуживают более 11 млн человек
Четыре направления

Большая часть (по площади) Дальнего Востока – это изолированные энергосистемы разных размеров, от довольно крупной Магаданской энергосистемы (с каскадом ГЭС на Колыме) до микроскопических энергоузлов с дизелем мощностью менее мегаватта, обслуживающих единственное село. Традиционно основой большинства этих энергосистем являлась тепловая энергетика, работающая на угле, дизельном топливе, иногда – на газе. В условиях советской экономики на топливе не экономили, нередко в отдаленные села бочки с соляркой завозились даже на вертолетах. В современной экономической реальности стоимость кВт*часа в таких энергосистемах может достигать 100 рублей и более (Справочно: в ЦЭНЭФ подсчитали, что тарифы на электроэнергию в изолированных системах Крайнего Севера составляют 22-327 рублей за кВт*час, что в 5-55 раз выше средних по России; на тепловую энергию — 3-20 тыс. рублей за Гкал, что выше усредненного значения по РФ в 3-17 раз).

Опора на местные возобновляемые энергоресурсы в этих условиях на Дальнем Востоке давно стала очевидным решением. Но путь от первых экспериментов до рабочей технологии оказался не так прост. В разное время в ДФО были опробованы четыре вида возобновляемой энергетики – геотермальная, солнечная, ветровая и малые ГЭС. При этом основными полигонами для экспериментов, а затем и промышленного внедрения технологий ВИЭ стали в основном Камчатка и Якутия. Стоит отметить, что, за редкими исключениями, возобновляемую энергетику (как и энергетику вообще) на Дальнем Востоке развивает госхолдинг «РусГидро», которой принадлежит почти вся энергетика региона.

Геотермальная энергетика была опробована только на Камчатке и Курильских островах, что и неудивительно – этот вид генерации жестко привязан к наличию ресурса в виде горячей воды и пара. Еще с 1966 года на Камчатке работает экспериментальная Паужетская ГеоЭС, в 1999 году была построена опытно-промышленная Верхне-Мутновская ГеоЭС мощностью 12 МВт, а в 2003 году – крупнейшая в России Мутновская ГеоЭС мощностью 50 МВт. Увы, на этом развитие геотермальной энергетики фактически приостановилось – в последующие годы заработали лишь две небольших станции на Курилах. Тем не менее, Мутновские станции и сейчас обеспечивают около 30% энергоснабжения Камчатского края, но перспективы дальнейшего развития этого направления, не смотря на имеющийся потенциал, остаются туманными. Слишком сложными и затратными оказываются новые проекты.
Крупнейшая в России Мутновская ГеоЭС имеет мощность 50 МВт
Мини-ГЭС

Малая гидроэнергетика получила развитие также исключительно на Камчатке. Еще в 1995 году заработала Быстринская ГЭС мощностью 1,5 МВт, а в 1999-2010 годах был построен каскад из трех Толмачевских ГЭС общей мощностью 45 МВт (еще пара малых ГЭС заработала тогда же на Курилах). Построенные станции вполне успешно работают, но дальнейшего развития этот вид генерации также не получил. Основная причина – высокие затраты, большая продолжительность строительства, необходимость сложных изысканий и создание индивидуального проекта. Кроме того, в той же Якутии для малых ГЭС плохо подходят природные условия – зимой сток малых рек падает практически до нуля. 

Толмачевская ГЭС-1
Солнце

Солнечная энергетика очень хорошо «зашла» в Якутии. Простота монтажа и обслуживания, возможность использования типового (хотя и нуждающегося в определенной адаптации под суровые климатические условия региона) оборудования обусловила быстрое внедрение солнечных электростанций – с 2012 по 2016 годы их возвели уже 16 штук, еще три находятся в стадии строительства. Большинство из них имеет мощность менее 100 кВт, что определяется небольшими объемами потребления в селах, где они установлены. Исключение – СЭС Батагай мощностью 1 МВт, которая даже попала в книгу рекордов Гиннеса как самая северная относительно крупная солнечная электростанция.

Дальнейшие перспективы солнечной генерации на Дальнем Востоке выглядят просто безоблачно. Только по Якутии разбросано более 100 дизельных станций, в дополнение к которым по уже отработанной технологии можно установить СЭС. Эти проекты имеют понятные критерии окупаемости, исходящие из экономии дизельного топлива. В Программе оптимизации локальной энергетики Республики Саха (Якутия) на 2016-2025 годы, по оптимистичному сценарию, планируется смонтировать 117 солнечных станций общей мощностью 33 МВт.

Ветер

Наиболее интересно на Дальнем Востоке складывается судьба ветроэнергетики. К 2000-х годам здесь появились три станции – в Анадыре, на Командорских островах и в якутском пос. Тикси. Построенные с использованием не приспособленного к арктическим условиям оборудования и эксплуатируемые неподготовленным персоналом, эти ветроустановки довольно быстро вышли из строя (так, ветряк в Тикси просто упал из-за сильного порыва ветра). Стало очевидно, что нужно менять подход (кстати, в бюллетене ЦЭНЭФ также в качестве проблемы упомянута низкая квалификация персонала, необходимость подготовки специалистов по энергоэффективности и развитию ВИЭ на местах).

В первую очередь, встал вопрос о производителе оборудования. Наиболее привлекательным оказалось предложение японских компаний Komaihaltec и Mitsui – они разработали ветроустановки в арктическом исполнении и предоставили их безвозмездно, в рамках програмы по демонстрации технологий. Более того, японцы предложили эффективные комплексные решения по интеграции ветроустановок с существующими дизельными станциями, создания систем Microgrid. Инициатива частных японских компаний поддерживаются правительственной организацией по развитию новых энергетических и промышленных технологий (NEDO). Результатом совместной работы стал ввод в работу в 2013 году ветростанций мощностью 550 кВт на Командорских островах. Затем последовали станции в Усть-Камчатске и на Сахалине.

Прорывным проектом должна стать ВЭС в пос. Тикси. Здесь условия, пожалуй, самые сложные – сильнейшие ветра, температуры доходят до минус 50 градусов по Цельсию. Но если все пойдет, как задумано, то станция мощностью 1 МВт появится в Тикси уже в 2018 году. А после окончательной отработки технологий ветроэнергетики в условиях специфики Дальнего Востока появится перспектива более активного их внедрения. Ведь ветроэнергетика очень перспективна в этом регионе – в отличие от солнечных станций, ВЭС не страдают от сезонности, а высокая единичная мощность ветроустановок позволяет обеспечивать электроэнергией не только небольшие села, но и крупные поселки, промышленные предприятия.

ВЭС в Усть-Камчатске

В целом уже сейчас очевидны векторы развития ВИЭ на Дальнем Востоке – в обозримой перспективе альтернативная энергетика здесь будет базироваться на солнечных и ветровых станциях. При этом солнечные станции будут внедряться для энергоснабжения небольших сел в глубине Якутии, а, возможно, и некоторых других регионов. Ветроустановки будут строиться для снабжения более крупных поселков, преимущественно расположенных на морском побережье. Мини-ГЭС, а также экзотические ВИЭ (от геотерма до биотоплива), очевидно, могут возникать лишь в качестве локальных решений.

Кстати...

По оценке ЦЭНЭФ, главная задача строительства ВИЭ-генерации в изолированных энергорайонах – как раз экономия дорогого топлива. Суммарная стоимость дизельного топлива для выработки электроэнергии на ДЭС в изолированных системах энергоснабжения (с учетом его доставки) в 2015 году могла составить 60-80 млрд рублей. К этому следует еще добавить стоимость масла примерно на 4 млрд рублей. Даже при более высоких удельных капитальных затратах при очень высоких тарифах на электроэнергию ВИЭ оказываются экономически эффективны (срок окупаемости 5-8 лет) и не требуют субсидирования государством (при условии введения долгосрочных тарифов). Установление таких тарифов на срок окупаемости проекта ВИЭ помогло бы их более широкому вовлечению в энергобалансы территорий. Если такие проекты реализовать в единой связке с повышением энергоэффективности, с мерами по утеплению зданий, погодному регулированию, замене бытового оборудования на более эффективное, то потребители смогут с самого начала получать экономию даже при сохранении тарифов на прежнем уровне. «Важно интегрировать энергоэффективность и ВИЭ, сначала реализовав первое, а потом второе — так как избытки энергии в изолированных системах продавать будет некуда», — считает директор ЦЭНЭФ Игорь Башмаков.

СЭС в пос. Батамай в Якутии
Почему ВЭС в Ульяновской области обойдется «Фортуму» дороже, чем предполагалось?
Почему ВЭС в Ульяновской области обойдется «Фортуму» дороже, чем предполагалось?
Потому что таковы реалии госрегулирования сектора ВИЭ в России - требования по локализации производства турбин, расстоянию между ними, дорогам, по которым к ним будут подъезжать сервисные бригады и т.д. О том, почему так случилось, на КЭФ-2017 рассказал <strong>Юрий Ерошин</strong>, вице-президент по управлению портфелем производства и трейдинга ОАО «Фортум».
«К 2024 году в России будет зрелая промышленность ВИЭ»
«К 2024 году в России будет зрелая промышленность ВИЭ»
Глава Центра развития ВИЭ Института энергетики НИУ ВШЭ – о том, как за счет солнца и ветра сократить объемы выбросов и сжигания ископаемого топлива в энергетике России, для чего в Татарстане стоит строить ветрогенерацию и почему нельзя взять и закрыть угольные станции в Кузбассе.
Иван Слива Автор книги «История гидроэнергетики России»
Если вам понравилась статья, поддержите проект