21 Октября 2019

Она сгорела

Пожароопасный сезон 2019 года войдет в историю Сибири как один из самых катастрофических. Летом случилось множество настолько обширных и тяжелых пожаров, что правительство РФ сочло нужным изменить всю систему пожаротушения в стране.

Поделиться в социальных сетях

Глубина падения 

По данным ФБУ «Авиалесохрана» на 18 октября, с начала года общая площадь пожаров в десяти регионах СФО составила почти 4,1 млн гектаров. Для сравнения: за весь 2018 год в двенадцати регионах Сибири (Бурятия и Забайкальский край перешли в состав Дальневосточного округа в прошлом ноябре, но их данные до конца года учитывали в СФО) пожары прошли лишь 2 млн 323 тыс. гектаров – то есть почти в два раза меньше. В одном только Красноярском крае в текущем году выгорело 2 млн 427 тыс. гектаров – больше, чем во всей Сибири год назад. Количество пожаров в самом «погорелом» регионе выросло с 1646 до 2073. Леса продолжали гореть и в октябре, хотя практически на всей территории края уже прошли первые снегопады, а температура воздуха в целом соответствует второму месяцу осени. С начала года в СФО было зафиксировано 4601 пожар.

Иркутская область в этом году, как и в прошлом, оказалась на втором месте, но общая площадь пожаров выросла с 313 тыс. до 1 млн 641 тыс. гектаров – более чем в пять раз. Количество возгораний выросло с 779 до 1096, последние по времени пожары зафиксированы в сентябре. 1 октября министерство лесного хозяйства Иркутской области закрыло пожароопасный сезон, продолжавшийся 178 дней, в 10 северных лесничествах региона, 7 октября – в оставшихся 28 лесничествах. Решение объяснили установлением продолжительной дождливой погоды и фактическим отсутствием пожарной опасности в лесах.

Стоит отметить, что в 2019 году большая часть пожаров произошла в северных районах Иркутской области, достаточно далеко от побережья Байкала и вне его основной водосборной территории. Это не означает, что продукты горения (зола) совсем уж не могли попасть в акваторию озера, где они становятся пищей для водорослей, но прибайкальские леса серьезно пострадали лишь во время весенних пожаров в районе пос. Большое Голоустное.

Среди прибайкальских регионов самый печальный рекорд по увеличению площади пожаров принадлежит Республике Бурятия – с 24,3 до 258 тыс. гектаров, то есть почти в 11 раз. Судя по тому, что количество пожаров увеличилось несоизмеримо (с 364 лишь до 598), речь идет о качественном ухудшении ситуации: выросла средняя площадь пожаров. Это говорит о недостаточно быстром реагировании на возгорания и слишком долгом времени тушения. Впрочем, в Бурятии, как и в Забайкальском крае (где площадь пожаров выросла с 376 до 574 тысяч гектаров), часть пожаров наверняка переходила в леса из степей, где скорость перемещения огня может достигать десятков километров в час, затрудняя работу пожарных и волонтеров из добровольных пожарных отрядов. Что называется – объективные трудности.

Общая площадь пожаров в десяти регионах СФО составила почти 4,1 млн гектаров. Для сравнения: за весь 2018 год пожары прошли лишь 2 млн 323 тыс. гектаров.

С самодеятельностью пора кончать

Правительству РФ отчеты о пожарной обстановке и печальная статистика по сгоревшим лесным массивам поступала регулярно и в достаточном количестве – однако и оно не смогло переломить ситуацию «катастрофического лета». Группировка самолетов Ил-76 и Бе-200, отправленная в Иркутскую область и Красноярский край, отработала две недели в первой половине августа, но изменить ситуацию не смогла. В Иркутской области, например, со 2 по 15 августа самолеты и вертолеты совершили 96 вылетов на пожары, и, сбросив 8,8 тыс. тонн воды, ликвидировали горение 85 км горящей кромки лесов. За эти две недели количество пожаров в крае сократилось с 70 до 69, а в области – с 66 до 46. Не хотелось бы обидеть никого из принимавших решения и тем более – из тех, кто непосредственно принимал участие в тушении пожаров, но эффективность принятых мер оказалась явно недостаточной. 

15 октября председатель правительства РФ Дмитрий Медведев провел совещание об исполнении поручений президента и правительства РФ об усилении борьбы с пожарами. Министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин и руководитель Рослесхоза Сергей Аноприенко доложили о мерах по повышению эффективности государственного пожарного надзора в лесах. По нормам действующего законодательства тушение пожаров на землях лесного фонда является зоной ответственности субъектов РФ – и субъекты доказали, что не справляются с этой задачей. При анализе причин и следствий несостоятельности региональных властей, которая обходится стране слишком дорого, появилось предложение: разграничить полномочия между регионами и «Авиалесоохраной». Необходимый законопроект подготовлен, однако его придется доработать – министерство финансов сделало замечания о необходимости «значительного увеличения финансирования службы для создания материально-технической базы». 

Что касается повышения эффективности федерального государственного пожарного надзора в лесах и совершенствования оплаты труда, то Рослесхозу на 2018-2019 годы выделен 1 млрд рублей на увеличение численности государственных инспекторов. На 2020 год запланировано дополнительное финансирование еще на 419 млн рублей. Результаты вызывают двойственные чувства. С одной стороны, с 2016 года инспекторский состав увеличен на 2896 человек и составляет сейчас 23 613 инспекторов; с другой – их зарплата даже после увеличения на 28% составляет лишь около 27 тыс. рублей. Едва ли такую зарплату можно считать привлекательной в той сфере, которая, с одной стороны, представляет собой тяжелый и опасный труд, а с другой – дает очень большие возможности для незаконного обогащения. 

Для Рослесхоза был составлен план закупки лесопатрульной техники: за три года планировали купить две тысячи единиц, на это выделено 1,7 млрд рублей. Пока в регионы поступили 689 машин. В рамках нацпроекта «Экология» планировали купить 6 тыс. единиц лесопожарной техники – пока на службу поступило 1836, то есть менее трети. Даже в тексте официального сообщения о состоявшемся совещании нет полной уверенности в том, что одна только «Авиалесоохрана» в состоянии изменить положение дел к лучшему. В наиболее горимых субъектах РФ уже создано восемь подразделений этого ФБУ, оснащенных и техникой, и оборудованием, работает группировка парашютно-десантной пожарной службы численностью 642 человека. В 2019 году сформировано еще одно подразделение в Республике Саха (Якутия), в планах на 2020 год – создать аналогичную структуру в Приморском крае.

Регионы, напомним, продолжают гореть независимо от того, есть на их территории подразделение «Авиалесоохраны» или нет. Однако у Дмитрия Кобылкина, как оказалось, сформировалось убеждение, что нет необходимости превращать «Авиалесоохрану» в супер-мощную организацию, охватывающую территорию всей страны. По оценке министра, создание полноценной материально-технической базы «Авиалесохраны» должно включать закупку целого парка самолетов и вертолетов, прилагающиеся к ним средства технического обеспечения, строительство вертолетных площадок, обучение кадров и формирование экипажей и прочее в том же направлении. Все это потребует привлечения значительных финансовых средств и дополнительного времени – как минимум, несколько лет. «Да, в течение может быть семи лет приобретения техники в «Авиалесоохрану» мы можем теоретически накрыть всю страну этой работой. Сделать это будет крайне тяжело, и фактически мы будем создавать дублирующую МЧС инфраструктуру. Но, на мой взгляд, делать этого ни в коем случае нельзя. Предлагаем наделить ФБУ «Авиалесоохрана» полномочиями по тушению пожаров только на особо охраняемых природных территориях федерального значения. Координацию же всей деятельности по тушению пожаров в лесах, на землях всех категорий предлагаем закрепить за МЧС России», - предложил Кобылкин, обращаясь к председателю правительства.

По словам главы Минприроды РФ, необходимые шаги уже определены в «дорожной карте», расписанной до 2022 года, но пока не согласованы в МЧС. Можно предположить, что это ведомство не будет радо предложению взять на себя больше ответственности за тушение лесных пожаров. Особенно после того, как 13 августа министр Владимир Пучков пообещал потушить все пожары в Сибири за два дня, но ничего подобного не случилось, несмотря на «самый жесткий контроль». Сейчас министр прекрасно понимает, что природная стихия намного сильнее любого ведомства, будь оно хоть региональное, хоть федеральное.

Ни увеличение численности подразделений, ни рост зарплат пока не помогают против объединенных сил природы и тех людей, которые поджигают леса – в силу злого умысла или безрассудного отношения к окружающей среде. Ни в одной стране мира – от богатейших США до очень небольшой по размерам и бедной Греции – до сих пор не придумали систему профилактики и тушения лесных пожаров, способную предотвратить их и ликвидировать, особенно в засушливые периоды года. Хорошо хотя бы то, что федеральные ведомства пересмотрели отношение к проблеме и больше не возлагают всю ответственность за происходящее только на муниципальные и региональные власти.

Глава Минприроды РФ Дмитрий Кобылкин считает, что «Авиалесоохрана» должна тушить пожары только в ООПТ, а с огнем в лесах должны бороться подразделения МЧС России.
Константин Зверев Независимый журналист
Если вам понравилась статья, поддержите проект